Союз

Форум Свободного Общения
 
ФорумФорум  КалендарьКалендарь  ЧаВоЧаВо  ПользователиПользователи  РегистрацияРегистрация  Вход  

Поделиться
 

 Фантастика.

Перейти вниз 
АвторСообщение
Владимир Петрович Филонов



Сообщения : 3938
Дата регистрации : 2009-09-27
Возраст : 59
Откуда : МО Дзержинский

Фантастика. Empty
СообщениеТема: Фантастика.   Фантастика. EmptyЧт Окт 08, 2009 10:22 am

СЕМНАДЦАТЫЙ АРКАН.


Ты знаешь, что такое аркан?
Верёвочная петля, которую набрасывают на шею пленника, чтобы меньше сопротивлялся во время пленения. А знаешь ли ты, что такое семнадцатый аркан?
Слушай.

Человека всегда интересовала Судьба.
Что уготовало Будущее?
Свое или чужое.
Самой первой из систем счёта по какой-то причине в человеческом обществе была четверичная система.
Что собой она представляла, на какие фактические условия опиралась - остаётся загадкой. Тайной тёмного времени.
Наиболее вероятной точкой отсчёта служат времена года. По-другому - сезоны.
Дней недели было четыре. В месяце было четыре недели. В сезоне четыре месяца. В году четыре сезона.
Каждый день месяца назывался аркан. То есть в месяце было шестнадцать арканов.
Как видишь, год не совпадает по числу дней с современным. Разница составляет не мало ни много. Сто девять с четвертью.
В былые века, когда продолжительность сезонов стала изменяться, и был введён в календарь семнадцатый аркан.


Но, сначала, люди просчитали, из скольких арканов состоит месяц дневного светила.
И выяснилось, что в Солнечном аркане двадцать два аркана от начала тьмы, через весь свет до начала тьмы.
И арканов в году, если так считать их, получается три года на три больше, а один год - на два.
Затем, посчитали арканы ночного светила.
И снова неудача.
Двадцать восемь первых арканов иногда становились двадцатью девятью, из которых можно было составить двойной аркан.
Тройной аркан состоял из тринадцати арканов. И снова, снова! Дней для четвертого аркана не хватало. Три года по аркану и год - два!
Но, это уже очень близко.
Последний аркан года делали на день длиннее три раза, а один раз на два длиннее.
И служил лунный аркан человечеству, пока не спешило оно сделать дела свои вовремя, и не знал деления первый аркан.



- Слушай! Что ты мне здесь байки травишь! Ты не можешь просто рассказать всё, что ты знаешь о системах счёта? Зачем мне твои арканы?
- Для чего тебе это нужно?
- Для того чтобы знать.
- Очень хорошо! Я мог бы тебе назвать два десятка систем математического счёта, которые применяло человечество. Которые мы помним. И что? Ты бы просто зазубрил, а завтра забыл.
- Ну и что?
- Почему я всё это помню? Потому что мне рассказали об этом занимательно. Я тоже пытаюсь тебе рассказать так, чтобы ты не выглядел дураком, когда будут спрашивать тебя твои дети.
- Всё равно знать всё не будешь. И ты всего не знаешь.
- Ты хочешь сказать, что я дурак?
- Нет! Но всего и ты не знаешь.
- А если бы я не знал ничего? Вот как ты?
- А, я что, дурак?
- Пока ещё нет. Но можешь им стать.
- Когда?
- Когда перестанешь воспринимать новое знание. Ведь ты раньше этого не слышал?
- А тебе об этом в школе рассказывали?
- А тебе в школе об этом рассказывали?
- Нет.
- Вот и мне не рассказывали. Сам нашел. Много читал. Не хочешь попробовать.
- Нет.
- Ну, тогда, хоть послушай. Пригодится.
- Рассказывай...
- Да нет. Если ты не хочешь слушать, можешь не слушать. Это твоё право. Вырастешь, пойдёшь мешки носить.
- Какие мешки?
- Тяжелые.
- Я в армию пойду, как ты.
- А в армии знать не нужно? Там нужны балбесы? То-то у нас все победы избыточной кровью добывались. Хочешь быть пушечным мясом? Не учись! Послушай. Ты же сам попросил. Расскажи о системах счёта. Я рассказываю. Не хочешь слушать - не нужно. Подсобные работники тоже нужны. Ты наверное передумал быть дипломатом?
- Нет. Давай! Рассказывай, я буду слушать.



Я не могу тебе просто перечислить системы счёта. Даже если ты их запомнишь, ты не сможешь объяснить разницу. Я ведь тоже не всё знаю по этой теме. Могу сказать только одно. Каждый человек хочет знать, не ожидает ли его опасность в будущем. И большинство из систем было придумано людьми именно с этой целью. По крайней мере, мне так кажется. Какая разница, какой день недели, месяца, года. Да и сам год. Какая разница?
Но вот, случается событие, знаменательная дата, юбилей. А ещё может быть религиозный праздник или пролетела комета. Событий много. Не понимая их значимости, но, так желая эту значимость найти, человечество и придумало для себя системы счёта.
Ещё одно.
У разных народов - разные системы счёта.
Только в Европе было три системы счёта в древности.
Греческая или семеричная система счёта.
Борейская, славянская или двенадцатиричная система.
И анатолийская или римская четверичная система.
Ты не устал?
Давай сделаем перерыв. Пошли, помоем руки и перекусим. Не хочешь?
- Пошли.
- Заодно, я тебе покажу кое-что.
- Что?
- Вот. Видишь кран. Он - четверть дюймовый. Это анатолийская система счёта.
- Что? Древние системы счёта есть и сейчас?
- Конечно! Четыре недели в месяце. Семь дней в неделе. Двенадцать месяцев. Мы даже не задумываемся теперь, что это разные системы счёта.
- Папа! Я вот что подумал. Древний Рим не самая древняя цивилизация, но четверичная система - самая древняя.
- О! Хороший вопрос. Четверичная система счёта была развита во всем известном Древнем мире. И в Шумере, и в Египте и в Греции тоже. Римляне, или как они сами сначала называли латиняне, переселились в Европу из Малой Азии. Впрочем. Я, наверное, заблуждаюсь. Возможно эта система счёта не самая древняя.
- А какая, самая древняя?
- Была такая цивилизация в Америке.
- Цивилизация майя?
- Да.
- А у них какая система счёта?
- У них многоуровневая система счёта. В основе календарного счёта лежат две цифры. Двадцать и пятьдесят два. Но есть ещё священные цифры. Восемь. Четырнадцать. Те же двадцать два и двадцать восемь. Какую-то роль ещё играют цифры семьдесят восемь и ещё...Не помню. На столько сложная система, что даже учёные - математики, не смогли её толком расшифровать. А цивилизация жила по ней более четырёх тысяч лет. Если не больше.
- Папа. Откуда ты это знаешь?
- Я был таким как ты и любил читать. И не стеснялся спрашивать. Мне повстречались интересные люди, которые много знали и могли это знание передать другим. К сожалению, я этим даром не обладаю.
- А мне интересно тебя слушать.
- Правда? Тогда, не всё потеряно. Ты покушал?
- Да.
- А зачем тебе системы счёта.
- Я прочитал о нумерологии.
- Тогда у тебя действительно проблемы. Даже если нумерология и несёт в себе частицу здравого знания, то ты не сможешь точно на неё положиться. Запомни одно. Даты, от которых идет календарный отсчёт времени, взяты человечеством из не привязанных к этим системам чисел. Сама нумерология это тоже не одна система счёта. Так называемые системы математического предсказания имеют до десятка школ. А может и больше. Только у евреев две распространённые школы. Халдейская и каббалистическая. Да зачем тебе это надо?
- Потом расскажу.
- Зря потеряешь время.
- Хорошо. Но ты мне, всё остальное расскажешь?
- Всё, что знаю сам. Но, давай я всё-таки начну с семнадцатого аркана. Я расскажу коротко, а ты решишь. Нужно ли тебе это знание.
- Хорошо. Давай так.


Я расскажу тебе о картах Таро.
В обычной колоде, которой мы играем в подкидного дурака, есть тридцать шесть карт. Это упрощенный вариант.
Карты Таро это колода, в которой есть семьдесят восемь карт. Четыре масти по четырнадцать карт. Каждая карта - малый аркан, или день по лунному календарю.
Масти обозначают время рождения. Пиковая - вечер. Трефовая - ночь. Бубновая - утро. Червовая - день. Как разделить четырнадцать карт на часы не знаю.
Дальше следуют двадцать два больших аркана. Дни Солнечного месяца. Так как в нашем календаре разное количество дней в месяце, от двадцати восьми до тридцати одного, то и большие арканы в разные годы выпадают по-разному. От чего брать отсчёт, от какой даты, никто не знает. Поэтому, даже если эта система предсказания событий верна, мы не сможем её точно проверить.
Помнишь, в четверичной системе счёта я говорил тебе о семнадцатом аркане?
Так вот. В картах Таро тоже есть такой большой аркан. Он называется арканом-романтиком. Считалось, что рождённые под этим знаком люди становятся талантливыми в разных сферах жизни, но больше всего им удаётся творчество. Писатели, актёры, художники, музыканты. Все они, так или иначе, связаны датой рождения с семнадцатым арканом.
Когда-то, когда мне было лет шестнадцать, я решил посчитать свою судьбу. По моим расчётам, я обладатель не одного, а двух сдвоенных семнадцатых арканов под управлением семнадцатого аркана.
После этого я начал писать свои стихи и рассказы.
Как видишь.
Никто не рассмотрел моего писательского таланта. Никому, кроме меня самого мои стихи и рассказы не нужны.
Так что врут эти системы предсказания.
Даже если у тебя есть талант и все звезды об этом знают, об этом могут не знать люди.
- Хочешь ещё что-нибудь узнать о системах счёта?
- Нет. Спасибо, папа.
- Не за что сынок. Иди, играй.



Зачем тебе знать?
Зачем тебе знать то, что каждый человек имеет свой семнадцатый аркан.
Каждый.
Но, если этот аркан двойной, значит, будешь ты мучеником творчества.
Если дважды двойной - будешь не понят современниками.
А, если ещё и под арканом...
Какое имя твоё, автор семнадцатого аркана?
Вернуться к началу Перейти вниз
Chudotvorets



Сообщения : 5825
Дата регистрации : 2009-09-27

Фантастика. Empty
СообщениеТема: Re: Фантастика.   Фантастика. EmptyПн Апр 05, 2010 2:25 pm

Патент.

… тихо постучали. Регистратор патентного бюро Леопольд Кашпо вздрогнул, стряхнув с себя полуденную дрему, и привычно произнес: «Входите». Дверь открылась, обнаружив в проеме невысокого субъекта с эмалированным ведром на голове и двумя внушительного вида синими мешками за плечами. «Здравствуйте, Леопольд Ильич,- глухо сказал рот из-под ведра,- меня зовут Антон, я к вам по делу». Регистраторы патентов – видавшие виды люди, привыкшие к разного рода чудачествам изобретателей, однако здесь Леопольд вздрогнул и почувствовал тревожный зуд под ложечкой. Причем, причиной этого зуда были отнюдь не мешки или ведро, а красные надписи на потрепанных джинсах посетителя: на левой штанине было написано «Сделай Шапито, Ах, Кустики» и нарисован трезубец, а на правой – «Отсоси-ка, Брюс, Патагония». «Здравствуйте,- настороженно поприветствовал гостя Леопольд, покрепче уцепившись в дерматиновые подлокотники кресла,- с чем пожаловали?». Вместо ответа Антон просеменил к стулу, уселся на него, снял с головы ведро (оказавшись еще сравнительно молодым, но изможденным человеком) и начал деловито развязывать горловины мешков. Леопольд напрягся, внутренне приготовившись к конфликту вплоть до рукоприкладства. Через минуту из мешков на паркет посыпались шарики для игры в пинг-понг, кукла Барби, журнал Cool, кирпич, моток медной проволоки, пачка соли, старинные монеты, бейсбольная бита, пассатижи, баночки с чем-то сыпучим, пара свечей, пук стекловаты, настольный хоккей и прочая маловразумительная всячина. «Позвольте покинуть вас на пару минут»,- с напускной важностью сказал Леопольд, намереваясь выйти и вызвать от дежурного милицию или скорую помощь – а может, и тех, и других. «Я хочу запатентовать управление реальностью и путешествия во времени,- не поднимая глаз от содержимого мешков, проговорил Антон. Филейная часть Леопольда замерла над креслом в недоумении, вдохновившем Антона на развитие интригующей затравки. «Видите ли, дело в том, что я с детства люблю возиться с вещами. Ну там, с игрушками, железяками всякими, специфическим мусором… В общем-то, как все мальчишки – только я это делал, понимаете ли, несколько более вдумчиво, что ли». «Как это – «вдумчиво»?»- спросил Леопольд, возвращаясь на сиденье. «Ну вот, например»,- Антон протянул руку к стоявшему на столе степлеру, другой рукой рассыпав вокруг него, словно заправский фокусник, белый порошок, похожий на соль. «Эээ…»- начал было Леопольд, вновь привставая, но визитер вдруг быстро застучал степлером, рассыпая по столу мятые железные скобки, одновременно приговаривая: «Закономерно, двести восемь окатышей, жевузанпри, катапульта… оооооыэххх!..» «Ыэххх!»- одновременно выдохнул Леопольд, внезапно излив накопившийся за четыре дня после последнего свидания с Леночкой запас спермы прямо в штаны. «Блять, ты ахуел?! Што это было???»- прошипел он, ощущая себя блаженствующим студнем. «Уффф… Оргазм, Леопольд Ильич, что вы как маленькиыыый… Можно еще дддыроколом, но тогда оргазм будет анальный. У вас есть дырокол? Хотя, ладно…,- Антон кашлянул, посчитав конвульсивные движения Леопольда за отказ,- Это и называется управление реальностью. Сочетания разных предметов, слов и движений позволяет контролировать действительность, управлять ею и, при желании, перемещаться во временных потоках». «Каких в *нецензурная брань* потоках?»- Леопольд тщетно пытался вызвать в себе злость и жажду возмездия за нежданные секунды наслаждения, одновременно пытаясь вспомнить, в каком ящике стола лежат бумажные салфетки. «Сейчас я предоставлю вам более весомые доказательства»,- просипел Антон, видимо, тоже еще не до конца оправившийся от разрядки, водружая ведро на голову и вставая на одно колено (которое с «Брюсом»). «Мама, мама, стагнация, не спите, дети, ичоловс воистину, там, где выпь!»,- закончив скороговорку, Антон с размаху ударил по ведру кирпичом и швырнул в стену три пингпонговских шарика. То, что случилось дальше, навсегда осталось в памяти Леопольда: раздался глухой хлопок, и Антон исчез в облаке бурой взвеси. Не успело облако рассеяться, а Леопольд – закрыть рот и нижний ящик стола, как раздался еще один хлопок, и на том же самом месте появился тот же самый Антон. Только на этот раз он был обернут в грязную рваную простыню, в правой руке держал короткий бронзовый меч, а в левой – небольшой, весь в зазубринах, бронзовый же щит, с вычеканенной надписью Spartakus – Campeonus! Голова Антона была перевязана кровавой ветошью. «Ave, Leopoldus»,- сказал он и грузно опустился на стул. «Ты… как?»- выдал от неожиданности Леопольд, глядя выпученными глазами на преобразившегося изобретателя. «Так себе. На Фермопилах гостил. Учебники все врут: не было там никакой битвы, была натуральная резня. Причем, персов били не греческие воины, а лилипуты-дауны из афинского спецприемника – человек сорок максимум. Страшные существа! Эти звери умерли в результате от истощения, потому что за сильной занятостью не ели и не пили. Я пятнадцать дней прятался от них по пещерам, мародерствовал, питался человечиной, еле ноги унес. Вот, доказательства, как и обещал»,- Антон заплакал и положил на стол меч, щит и бусики из медных и стеклянных шариков, на которых можно было прочитать Si Vis Pacem Para Bellum. «Откуда в древней Греции или где там бля этот Спартакус жил, парабеллумы?- машинально подумал Кашпо и спросил,- Как ты это сделал?»
Утерев слезы и отдышавшись, Антон налил из графина воды, выпил и продолжил: «Видите ли, в детстве я страдал легкой степенью аутизма и с тех пор научился находить общий язык с вещами. Вы даже не представляете, чем занимаются аутисты в свободное от игр с друзьями время, которого у них 24 часа в сутки. Метод проб и еще раз проб дает порой удивительные результаты. Мне трудно объяснить, как я делаю то, что делаю, но впервые мне удалось серьезно переместиться во времени в возрасте пяти лет, когда я сделал мостик на старом персидском ковре, зажигая каминные спички, косоглазя и декламируя стихи Тютчева на английском задом наперед. Я попал в средневековую Прагу (косоглазие – основной ключ, впрочем, не важно), когда там во всех смыслах отжигал инквизитор Торквемада. Меня быстренько отловили (мальчик в оранжевых шортиках, черных резиновых сапогах и панамке с изображением Чебурашки – типичный демон) и приговорили к сожжению. Уже на костре я при помощи сложных фигур из пальцев, куска мела и плевка на северо-восток переместился обратно, буквально за минуту до возвращения родителей с работы, которые лишили меня карманных денег за изгвазданные шортики и панамку. Объяснять им, что одежда испачкалась в ходе почти недельного соседства с прокаженными, сифилитиками и крысами в пражских казематах, я, понятное дело, не стал». «А до костра обязательно было ждать?»- поинтересовался ошарашенный Леопольд. «Я просчитывал варианты возвращения. Если без огня, то я попадал на острова Кука до появления там собственно Кука, что, как вы понимаете, грозило еще более мучительной смертью. Да и с цепями я тогда еще не умел работать – откуда в семье библиотекаря взяться цепям?». «А ты это… Деньги, например, печатать можешь?»- Леопольд сам удивлялся вопросам, слетавшим с его языка. Вместо ответа Антон покрутил левым нападающим на настольном хоккее, сломал восковую свечку и крикнул «Педальный лемур, комиссары ссут на нары!!!», после чего перед обалдевшим Кашпо появился бесформенный золотой слиток весом примерно с килограмм. «Пробу не могу, извините»,- Антон поставил хоккей обратно на пол и протер куском ветоши подсохшие царапины на ноге. «Так, так, так,- сказал, собравшись с духом Леопольд, пряча слиток в портфель,- а меня можешь с собой взять? Патент зарегистрирую в лучшем виде, не боись – считай, он у тебя уже есть. Хочу в Атлантиду, землю благоденствия, счастья и богатства. Или лучше в Эльдорадо! Оно ведь существовало?» «Не знаю, но проверить можно,- ответил Антон.- Взять могу. Для этого нам понадобятся гнутый шуруп, плакат Витаса, бартолиновая смазка самца пекари, свекольная ботва и фигурка норвежского тролля». «Тролль у меня есть дома!»- быстро отреагировал Леопольд. «Ну и отлично. Смазку достану вечером в Австралии, так что завтра можно будет отправиться.- Антон на секунду задумался.- Вы чарльстон танцевать умеете? Потребуется». Леопольд кивнул, а Антон начал молча собирать свои пожитки в мешок. «Завтра ровно в десять. Да, еще не забудьте написать желтым маркером на подкладке пиджака третью строфу из басни Крылова «Мартышка и Очки». Это важно». С этими словами посетитель закинул мешки за плечи и, не попрощавшись, вышел.
Ошалевший от увиденного и услышанного регистратор патентного бюро неподвижно просидел в кресле еще семь минут, после чего подвигал по столу пресс-папье и, закусив нижнюю губу, бережно извлек из недр стола массивный черный дырокол…

(с)КлетчатыйCвинтус
Вернуться к началу Перейти вниз
Лялька РА
человек
Лялька РА

Сообщения : 2521
Дата регистрации : 2009-09-28
Возраст : 51
Откуда : Днепропетровск

Фантастика. Empty
СообщениеТема: Re: Фантастика.   Фантастика. EmptyСб Май 08, 2010 1:47 pm

Когда я был маленьким, я еще не знал, что слова и мысли в этом мире материальны. Я был своеобразным ребенком, жил в мире, построенном самим собой, придуманном и продуманном не очень тщательно. Все зависело от читаемой на тот момент книги.Или просмотренного фильма.
Впрочем должен признать, детских книг я не читал. Совсем детских. Скажем 15летний капитан Верна и Таинственный остров вкупе с Черной стрелой, были проглочены еще в 6-7 лет. К 10 годам я перечитал все книги в дедушкиной библиотеке, осилил бабушкеины романы Сенкевича и даже пробежался по Войне имир, выхватывая из текста мобильные моменты и пропуская долгие и нудные философствования великого писателя, и французские вставки.
Где то в санатории, в местной библиотеке нашел Всадника без головы, и бедные мои приятели по отдыху... Я естественно был Моррисом.. а кому выпала честь быть моим мустангом? Впрочем народ мало врубался.. они не читали. Но под конец смены я нашел Капитана Сорви-голова Луи бусеннара. Это был кайф. Я понял, что к 16 годам я должен как минимум стрелять не хуже Жана Грандье..
Бедные голоби, вороны и прочая живность...РОгатка, этот миниган сделанный из куска изолированной проволоки с резинкой ( она называлась авиационка) варварским образом добытой из эспандера попросту наводила ужас, и к концу смены воздух и окрестности пустели когда я выходил из помещения.
Я стал снайпером...Еще в школе я выполнил на районных соревнованиях норматив 1 взрослого разряда. Меня приглашали в секцию, но .. Милый школьный военрук. Он давал нам патроны пачкками, закрывал тир, а сам уходил посвоим делам. Взамен мы отдавали ему пустые гильзы и изрешеченные мишени. Мы конечно обманывали его. Львиная доля боеприпасов уходила налево. У нас бл самодельный малокалиберный пистолет, сделанный из детского пробкового. А не так далеко от нас была посадка, поля...
Клянусь, из этого пистолетика, я на 20 метрах попадал в бутылку.
Но я рос. И я читал. Туманность Андромеды! Ошеломительный мир фантастики. Звезды, галактики, звездолеты. Я стал писать. Рассказы, романы, повести. Я жил жизнью своих героев, которые то мужественно сражались в просторах Вселенной, то вдруг самым непостижимым образом бились с фашистами на Земле.... Так я придумал себе ЕЁ. Я видел её почти наяву. Высокая стройная, с большими голубыми глазами, пухлыми губами и темными бровыми под выгоревшей челкой. Роскошный хвост был схвачсен сзади. И никакой косметики, никаких сережек (что то с этим делом у меня было не так..не приемлил я).
Когда я поступал в институт, в толпе своих будущих сокурсников я увидел ЕЁ. Я сказал товарищам-однокласникам, с которыми поступал вместе(вообщето я хотел на автоматику и телемеханику, но они меня уговорили с собой, в строительный)- Она будет моей. Ведь я любил ее уже много лет.
С НЕЙ мы прожили в браке 9 лет. ...
С первого дня я ей изменял. С первого дня знакомства. И тогда, в 86 году ровно 24 года назад, мы с НЕЙ в очередной раз поссорились. Мне стукнуло 18 лет. Мы гуляли в парке, занимались непристойностями в кустах... Неважно. Я приехал домой. Во дворе гуляла молодежь, и я подумал что мне ведь ночь проводить одному (мои уехали на дачу). Пришлось совращать малолетку(8класс ). Она была мила и блондиниста. Романтика бурлила в ней. А мне идти в армию. Я сдуру брякнул- Не переживай, я вернусь через год.
Я вернулся из армии через год....Женился на своем идеале...Блонди встретил позже. Она мне не простила.
Как то находясь в кругу восхищенных девичьих глаз (долгая история, в санатории), я так же брякнул- А мне цыганка нагадала , что меня в 42 года, зарежет любимая женщина......
К чему это я?
Мне сегодня стукнуло 42.. Я пишу эти строки и думаю, насколько я люблю свою жену.
Вернуться к началу Перейти вниз
Аделия



Сообщения : 10450
Дата регистрации : 2009-09-27

Фантастика. Empty
СообщениеТема: Re: Фантастика.   Фантастика. EmptyСб Май 08, 2010 6:25 pm

Фантастика. 1152186180 ....

Лялька, если что - свистни, - бум спасать всем форумом . Фантастика. 511004080
Вернуться к началу Перейти вниз
http://vseslav.forum2x2.ru/forum
Chudotvorets



Сообщения : 5825
Дата регистрации : 2009-09-27

Фантастика. Empty
СообщениеТема: Re: Фантастика.   Фантастика. EmptyВс Май 09, 2010 8:58 pm

А чё - через год?
Вернуться к началу Перейти вниз
Ирина1



Сообщения : 1999
Дата регистрации : 2009-12-12
Возраст : 63
Откуда : Тюмень

Фантастика. Empty
СообщениеТема: Re: Фантастика.   Фантастика. EmptyСб Май 15, 2010 4:14 am

Никто не встречал халявный "Меч Томаса" Никитина Ю.? Хотя бы читать?
Или, если кто-то читал, стоит заказывать или хуже предыдущих?
Вернуться к началу Перейти вниз
Chudotvorets



Сообщения : 5825
Дата регистрации : 2009-09-27

Фантастика. Empty
СообщениеТема: Re: Фантастика.   Фантастика. EmptyСб Май 15, 2010 8:50 pm

Не встречал. Поиск, на скорую руку - тоже безрезультатен. Зато, вот это, мимоходом, прочёл:

Уильям Моррисон
Мешок

* * *
Сначала они даже и не подозревали о существовании Мешка. Если они и заметили его, когда опустились на астероид, то, вероятно, подумали, что это просто скалистый выступ на голой кремнистой поверхности эллипсоидальной планетки, наибольший диаметр которой, по определению капитана Ганко, составлял около трёх миль, а наименьший - около двух. Никому бы не пришло в голову, что скромный предмет, так неожиданно попавший в их руки, вскоре будет признан самой драгоценной находкой в солнечной системе.
Остановка была случайной. Правительственный патрульный корабль потерпел аварию и был вынужден искать места для ремонта, на который требовалось по крайней мере семьдесят часов. К счастью, они располагали запасом воздуха, и рециркуляционная система на корабле работала безукоризненно. Запасы пиши были ограничены, но это мало беспокоило экипаж, так как все знали, что можно затянуть пояса потуже и несколько дней прожить на урезанном пайке. Гораздо хуже обстояло дело с водой: большая часть её пропала из-за течи в цистернах. В течение последующих пятидесяти часов вода была главной темой их разговоров.

Наконец, капитан Ганко сказал:
- Что там говорить, воды не хватит. И нигде поблизости нет ни одной станции снабжения. Остаётся только радировать и надеяться, что нам навстречу вышлют спасательный корабль с аварийным запасом.
Шлемофон его помощника отозвался уныло:
- Будет очень скверно, если мы не найдём друг друга в пространстве, капитан.
Капитан Ганко невесело рассмеялся.
- Конечно, скверно. Нам тогда представится случай выяснить, долго ли мы сможем выдержать бел воды.
Некоторое время вес молчали. Затем второй помощник сказал:
- Возможно, вода есть где-нибудь здесь, на астероиде, сэр.
- Здесь? Да как она может удержаться здесь при силе тяжести, которой едва хватает, чтобы не улетели скалы? И где она, чёрт подери?
- Отвечаю на первый вопрос, — отозвался мягкий жидкий голос, казалось, проникавший сквозь ткань скафандров откуда-то сзади. - Она может сохраниться в кристаллическом состоянии. Отвечаю на второй вопрос. Она находится на глубине шести футов, и добыть её нетрудно.
При первых же словах все обернулись. Но там, откуда, как им казалось, доносился голос, никого не было. Капитан Ганко нахмурился, глаза его угрожающе сузились.
- Полагаю, среди нас нет неумных шутников, - кротко проговорил он.
- Нет, - ответил голос.
- Кто это говорит?
- Я, Изрл.
Тут один из членов экипажа заметил какое-то движение на поверхности огромной скалы. Когда голос смолк, движение прекратилось, но люди уже не спускали глаз с этого места. Так они узнали об Изрле, или Мешке Мудрости, как его чаще называли.

Если бы экипаж не состоял на государственной службе и если бы корабль не принадлежал правительству, капитан Ганко мог бы объявить Мешок своей собственностью или собственностью своих хозяев и вышел бы в отставку сказочно богатым человеком. Но при данных обстоятельствах Мешок перешёл в собственность правительства. Его огромное значение было осознано почти сразу же, и Джейк Зиблинг имел основание гордиться, когда кандидатуры более важных и более влиятельных персон были отклонены, и Стражем Мешка назначили его. Зиблинг был коротеньким, плотным человечком, обладавшим чрезмерной склонностью к самокритике. Он выполнил несколько трудных заданий и позволил другим людям присвоить лавры своих успехов. Должность Стража были не для хвастуна, и те, от кого зависело назначение, знали об этом. На сен раз они игнорировали официальные чины и поверхностную репутацию и выбрали человека, которого несколько недолюбливали, но на которого полностью полагались. И это была величайшая дань из когда-либо приносившихся на алтарь честности и способностей.
Мешок, как выяснил Зиблинг, наблюдая его ежедневно, редко изменял форму, в которой люди увидели его впервые - твёрдый сероватый ком, напоминающий мешок с картошкой. Таким он оставался всегда, и, пока ему не задавали вопросов, в нём не было заметно никаких признаков жизни. Питался он редко: по его словам — раз в тысячелетие, если оставался в покое, и раз в неделю — в периоды напряжённой деятельности. Он ел и двигался, вытягивая ложноножку, после чего ложноножка убиралась обратно, и Мешок вновь становился мешком с картошкой.
Вскоре оказалось, что имя “Мешок” было удачным и с другой точки зрения. Ибо Мешок был набит сведениями и - ещё больше - мудростью. Вначале, многие сомневались в этом: кое-кто так и не уверовал до самого конца, точно так же, как некоторые люди уже через столетия после Колумба продолжали считать, что Земля плоская. Но у тех, кто видел и слышал Мешок, не оставалось никаких сомнений. Они даже были склонны полагать, будто Мешок знает все. Это, конечно, было не так.
Официально функция Мешка, узаконенная Сенатской комиссией по Межпланетным сообщениям, состояла в том, что он отвечал на вопросы. Первые вопросы, как мы видели, были заданы случайно капитаном Ганко. Позже вопросы задавались намеренно, но цели их были сами по себе беспорядочны и случайны, и кое-кому из политиков удалось основательно обогатиться, прежде чем правительство положило конец утечке информации и упорядочило процесс задавания вопросов и получения ответов.
Время бесед с Мешком распределили на месяцы вперёд и распродали неслыханно дёшево, если принять во внимание прибыльность дел. ради которых эти беседы велись — всего по сто тысяч за минуту. Именно эта торговля временем привела к первой крупной склоке в правительстве.
Внезапно Мешок оказался не в состоянии ответить на вопрос, который для мозга его мощности должен был бы казаться весьма простым, и это вызвало второй взрыв такой силы, что его можно было бы назвать кризисом. Сто двадцать вопрошающих, каждый из которых уже уплатил свои сто тысяч, подняли вой, слышный на всех планетах. Началось официальное расследование, на котором Зиблинга подвергли допросу и которое обнажило перед публикой все склоки и противоречия внутри правительства.
Зиблинг оставил Мешок на попечение своего помощника, и теперь на заседании Сенатской комиссии он неловко поёживался перед наведёнными на него кинокамерами. Допрос вёл сенатор Хорриган - грубый, напыщенный, крикливый политикан.
- Вашей обязанностью является поддержание Мешка в состоянии, позволяющем получать ответы на вопросы, не так ли, мистер Зиблинг? - осведомился сенатор Хорриган.
- Да, сэр.
- Тогда почему Мешок оказался неспособным ответить на вопросы, заданные ему клиентами? Эти джентльмены честно заплатили свои деньги — по сто тысяч каждый. Насколько я понимаю, пришлось возместить им эту сумму. Это означает, что правительство потеряло… э, одну минуту… сто двадцать на сто тысяч… Сто двадцать миллионов! - раскатисто провозгласил он.
- Двенадцать миллионов, сенатор, - торопливо прошептал секретарь. Поправка принята не была, и число сто двадцать миллионов в должное время украсило газетные заголовки.
Зиблинг сказал:
- Как мы установили, сенатор, Мешок оказался неспособным отвечать на вопросы потому, что он не машина, а живое существо. Он выдохся. Ведь ему задавали вопросы двадцать четыре часа в сутки.
- Кто дал разрешение на такой идиотский порядок?! - загремел сенатор Хорриган.
- Вы сами, сенатор, - быстро сказал Зиблинг. - Порядок был установлен законом, внесённым вами и одобренным вашим комитетом.
Поскольку сенатор Хорриган не имел ни малейшего представления об этом законе, хотя и подписался под ним, его нельзя было, конечно, считать ответственным за те или иные положения указанного документа. Но в глазах общественного мнения такая ситуация подрывала его реноме. С этого момента он стал заклятым врагом Зиблинга.
- Следовательно, Мешок не отвечал на вопросы в течение целых двух часов?
- Да, сэр. Он возобновил ответы только после отдыха.
- И отвечал уже без каких-либо затруднений?
- Нет, сэр. Его ответы замедлились. Последующие клиенты жаловались, что у них мошеннически вымогают деньги. Но, поскольку ответы всё же давались, мы не считались с этими жалобами, и финансовое управление отказало клиентам в возмещении убытков.
- Считаете ли вы, что обман клиентов, уплативших за своё время, честное дело?
- Это меня не касается, сенатор, - ответил Зиблинг, справившийся к этому моменту со своими нервами. - Я просто слежу за выполнением законов. Вопрос о честности я предоставляю разрешать вам. Полагаю, что в этом отношении вы безукоризненны.
Присутствующие рассмеялись, а сенатор Хорриган вспыхнул. Он был непопулярен настолько, насколько может быть непопулярен политик, пока он ещё остаётся политиком. Его не любили даже члены его партии, и среди смеявшихся были некоторые из его лучших политических друзей. Он решил изменить ход допроса.
- Правда ли, мистер Зиблинг, что вы часто не допускали клиентов, предъявлявших вам расписки в уплате необходимой суммы?
- Это так, сэр. Но…
- Вы признаете это?
- Дело здесь вовсе не в том, признаю я это пли нет, сенатор. Я только хочу сказать…
- Не важно, что вы хотите сказать. Важно то, что вы уже сказали. Вы обманывали людей, уплативших деньги!
- Это неправда, сэр. Им давалось время позже. Причиной моего отказа дать им разрешение на немедленную консультацию с Мешком было то, что это время уже заранее было зарезервировано Управлением вооружённых сил. У них ведутся важные исследования и возникли кое-какие вопросы. Вы же знаете, что относительно порядка очерёдности в этом случае мнения разделились. Поэтому, когда возникает вопрос о том, кому идти первым, частному клиенту или представителю правительства, я никогда не беру ответственности на себя. Я всегда консультируюсь с правительственным советником.
- Таким образом, вы отказываетесь выносить собственное решение?
- Моя обязанность, сенатор, состоит в том, чтобы следить за самочувствием Мешка. Я не касаюсь политических вопросов. За три дня до того, как я покинул астероид, у нас было немного свободного времени - один из клиентов, уже уплативший деньги, задержался из-за аварии, — и тогда я задал Мешку вопрос…
- И вы, конечно, использовали это время в своих собственных интересах?
- Нет, сэр. Я спросил Мешок о наиболее эффектном режиме его работы. Из осторожности - я знал, что моему слову могут и не поверить, - я произвёл звукозапись. Если желаете, сенатор, я могу продемонстрировать здесь эту звукозапись.
Сенатор Хорриган хрюкнул и махнул рукой.
- Продолжайте.
- Мешок ответил, что ему требуется два часа полного отдыха из каждых двадцати плюс добавочный час на то, что он называет развлечением. Под этим он подразумевает беседу с кем-нибудь, кто будет задавать, как он выражается, разумные вопросы и не станет торопить с ответами.
- И вы предлагаете, чтобы правительство тратило три часа из каждых двадцати - сто восемьдесят миллионов наличными?!
- Восемнадцать миллионов… - прошептал секретарь.
- Это время тратится не зря. Если Мешок переутомится, он преждевременно погибнет.
- Это вы так полагаете?
- Нет, сэр, это сказал Мешок.
Тут сенатор Хорриган пустился в разговоры о необходимости разоблачения преступных планов, и Зиблинга освободили от дальнейшего допроса. Были вызваны другие свидетели, но в конце концов Сенатская комиссия так и не смогла прийти к сколько-нибудь определённому решению, и было внесено предложение привлечь к расследованию сам Мешок.
Поскольку, однако, Мешок не мог явиться в Сенат, Сенату пришлось явиться к Мешку. Комитет семи не мог скрыть некоторого беспокойства, когда корабль затормозил и протянул причальные крючья к поверхности астероида. Каждому из членов Комитета уже приходилось путешествовать в пространстве, но раньше пунктами назначения были цивилизованные центры, и сенаторам, по-видимому, не улыбалась перспектива высадки на этой лишённой воздуха и света скалистой глыбе.
Представители телевизионных компаний были тут как тут. Они высадились и установили свои аппараты ещё до того, как сенаторы сделали первые робкие шаги из безопасных кабин корабля.
Зиблинг отметил с усмешкой, что в этой несколько пугающей обстановке, вдали от родины, сенаторы были гораздо менее самоуверенны. Ему предстояло играть роль доброжелательного экскурсовода, и он с удовольствием принялся за это дело.
- Видите ли, джентльмены, - сказал он почтительно, - по совету Мешка было решено обезопасить его от возможной угрозы со стороны метеоритов. Именно метеоры уничтожили целиком эту странную расу, и только по счастливой случайности последний её представитель избег этой участи. Поэтому мы построили непробиваемый купол-укрытие, и теперь Мешок живёт под его защитой. Клиенты консультируются с ним. используя телевизионную и телефонную связь, что почти так же удобно, как и личная беседа.
Сенатор Хорриган поспешил вцепиться в самый существенный пункт этого сообщения.
- Вы имеете в виду, что Мешок находится в безопасности, а мы подставлены под удары метеоритов?
- Разумеется, сенатор. Мешок - единственный в своём роде. Людей, даже сенаторов, много. Их всегда можно заменить путём выборов.
Сенатор позеленел от страха.
- Я думаю, это оскорбление - считать, что правительство не заботится о безопасности и здоровье своих служащих.
- Я тоже так думаю. Я живу здесь круглый год. - И Зиблинг добавил мягко: - Не желаете ли вы, джентльмены, взглянуть на Мешок?
Джентльмены уставились на телевизионный экран и увидели Мешок, который покоился на своём сиденье, похожий на дерюжный мешок с картофелем, сунутый на трон и забытый там. Он выглядел до такой степени неживым, что всем казалось странным, почему он остаётся в вертикальном положении и не валится набок. Тем не менее некоторое время сенаторы не могли сдержать чувства благоговейного ужаса, охватившего их. Даже сенатор Хорриган молчал.
Впрочем, это скоро прошло, и он заявил:
- Сэр, мы официальная следственная комиссия межпланетного Сената, и мы прибыли сюда, чтобы задать вам несколько вопросов.
Мешок не обнаружил никаких признаков желания ответить, и сенатор Хорриган, откашлявшись, продолжал:
- Правда ли, сэр, что вы требуете два часа полного отдыха из каждых двадцати часов и один час на развлечения, или - я, пожалуй, выражусь более точно - на успокоение?
- Это правда.
Хорриган ждал продолжения, но Мешок не в пример сенаторам не стал вдаваться в подробности. Один из членов Комитета спросил:
- Где же вы найдёте индивидуума, способного нести разумную беседу со столь мудрым существом, как вы?
- Здесь, - ответил Мешок.
- Необходимо задавать конкретные вопросы, сенатор, - заметил Зиблинг. - Мешок обычно не говорит о том, о чём его не спрашивают специально.
Сенатор Хорриган поспешно сказал:
- Я полагаю, сэр, что когда вы говорите о подыскании интеллекта, достойного беседы с вами, вы имеете в виду одного из членов нашего Комитета, и я уверен, что из всех моих коллег нет ни одного, кто бы не был годен для этой цели. Но все мы не можем растрачивать наше время, необходимое для выполнения множества других обязанностей, и я хотел бы спросить вас, сэр, кто из нас, по вашему мнению, в особенности располагает мудростью, требуемой для этой огромной задачи?

- Никто, - сказал Мешок.
Сенатор Хорриган был смущён. Другой сенатор покраснел и спросил:
- Тогда кто же?
- Зиблинг.
Хорриган забыл о своём благоговении перед Мешком и вскричал:
- Это подстроено заранее!
Второй сенатор осведомился:
- А почему здесь нет других клиентов? Разве время Мешка не продано далеко вперёд?
Зиблинг кивнул.
- Мне приказали аннулировать все ранее заказанные консультации, сэр.
- Какой болван это приказал?
- Сенатор Хорриган, сэр.
На том расследование, собственно, и закончилось. Прежде чем комиссия повернулась к выходу, сенатор Хорриган успел задать Мешку отчаянный вопрос:
- Сэр, буду ли я переизбран?
Крики возмущения вырвавшиеся у его коллег, заглушили ответ Мешка, и только вопрос был услышан отчётливо и разнесён радиостанциями по межпланетному пространству.
Эффект этого происшествия был таков, что сам но себе явился ответом на вопрос сенатора Хорригана. Он не был переизбран. Но ещё перед выборами он успел проголосовать против назначения Зиблинга на пост собеседника Мешка. Зиблинг всё-таки был назначен четырьмя голосами против трех, и решение комиссии утвердил Сенат. А сенатор Хорриган исчез на время как из жизни Мешка, так и из жизни Зиблинга.

* * *
Зиблинг ожидал своего первого часового интервью с Мешком не без некоторого трепета. До сих пор его обязанности были ограничены несложными задачами, установленными в инструкции: присмотр за противометеоритным куполом-укрытием, обеспечение необходимых запасов пищи, а также забота о воинском подразделении и гвардейцах межпланетного флота. Ибо к тому времени огромная ценность Мешка уже была признана во всей солнечной системе, и каждому было ясно, что тысячи преступников попытаются выкрасть это беззащитное сокровище.
А теперь, думал Зиблинг, я должен буду разговаривать с ним. Он боялся потерять то доброе мнение, которое Мешок почему-то составил о нём. Он находился в положении, до странности напоминающем положение молоденькой девицы, которой хотелось бы больше всего болтать о нарядах и мальчиках с кем-нибудь, кто находится на её уровне, и которая вынуждена вести блестящую и глубокомысленную беседу с человеком втрое старше её.
Но при виде Мешка его благоговейный страх до некоторой степени испарился. Было бы абсурдом утверждать, что его успокоили манеры этого странного существа. Оно было лишено каких-либо манер, и даже когда часть его приходила в движение — обычно во время разговора, - это движение казалось совершенно безличным. И тем не менее что-то в Мешке смягчило страхи Зиблинга.
Некоторое время он стоял перед Метком молча. Потом, к его изумлению, Мешок заговорил - впервые заговорил сам, не ожидая вопроса.
- Вы не разочаруете меня, - сказал он, - я ничего не жду.
Зиблинг улыбнулся. Мешок никогда ещё не говорил так. Впервые он показался Зиблингу не столько механическим мозгом, сколько живым существом. Зиблинг спросил:
- Кто-нибудь спрашивал раньше о вас самих?
- Один человек. Это было ещё до того, как моё время распределили по минутам. И даже этот человек прекратил свои расспросы, когда сообразил, что ему лучше попросить совета, как стать богатым. Он почти не обратил внимания на мой ответ.
- Сколько вам лет?

- Четыреста тысяч. Я могу указать свой возраст с точностью до долей секунды, но полагаю, что точные цифры интересуют вас меньше, чем моих обычных собеседников.
Мешок по-своему не лишён чувства юмора, подумал Зиблинг и спросил:
- И сколько лет вы провели в одиночестве?
- Более десяти тысяч лет.
- Однажды вы сказали кому-то, что ваши товарищи были убиты метеорами. Вы не могли оградить себя от этой опасности?
Мешок проговорил медленно, почти устало:
- Это случилось уже после того, как мы потеряли интерес к жизни. Первый из нас умер триста тысяч лет назад.
- И с тех пор вы жили без желания жить?
- У меня нет и желания умереть. Жизнь стала привычкой.
- Почему вы потеряли интерес к жизни?
- Потому что мы потеряли будущее. Мы просчитались.
- Вы способны делать ошибки?
- Мы не утратили эту способность. Мы просчитались, и хотя те из нас, кто жил тогда, избежали гибели, нашему следующему поколению не повезло. После этого нам стало не для чего жить.
Зиблинг кивнул. Эту потерю интереса к жизни человек способен понять. Он спросил:
- Разве вы с вашими знаниями не могли устранить последствий своего просчёта?
Мешок ответил:
- Чем больше вещей становятся для вас возможными, тем отчётливее вы осознаете, что ничего нельзя сделать, минуя законы природы. Мы не всесильны. Иногда кто-нибудь из особо глупых клиентов задаёт мне вопросы, на которые я не могу ответить, а потом сердится, потому что чувствует, что заплатил деньги напрасно. Другие просят меня предсказать будущее. Я могу предсказать только то, что могу рассчитать, но способность моя к расчётам тоже ограничена, и хотя мои возможности по сравнению с вашими огромны, они не позволяют предусмотреть всего.
- Как это случилось, что вы знаете так много? Знание рождается в вас?
- Рождается только возможность познания. Чтобы знать, мы должны учиться. Это моё несчастье, что я так мало забыл.
- Какие способности вашего организма или какие органы мышления позволяют вам так много знать?
Мешок заговорил, но слова его были непонятны Зиблингу, и тот признался в этом.
- Я мог бы сказать вам сразу, что вы не поймёте, - промолвил Мешок, - но хотел, чтобы вы осознали это сами. Чтобы разъяснить все это, мне пришлось бы продиктовать вам с десяток томов, и тома эти вряд ли были бы поняты даже вашими специалистами по биологии, физике и тем наукам, которые вы ещё только начинаете изучать.
Зиблинг не отвечал, и Мешок проговорил словно в раздумье:
- Ваша раса все ещё не разумна. Уже много месяцев я в ваших руках, но ни один из вас ещё не задавал мне важных вопросов. Те, кто желает разбогатеть, расспрашивают о минералах и о концессиях на участки, спрашивают, какой из их планов сколотить состояние будет наилучшим. Некоторые врачи спрашивали меня, как лечить смертельно больных богатых пациентов. Ваши учёные просят меня разрешить проблемы, на которые они без моей помощи затратили бы годы. А когда задают вопросы ваши правители, они оказываются самыми глупыми из всех, ибо хотят знать только одно: как удержаться у власти. Никто не спрашивает того, что надо.
- О судьбе человечества?
- Это предсказание отдалённого будущего. Это вне моих возможностей.
- Что же мы должны спрашивать?
- Вот вопрос, которого я ожидал. Вам трудно понять его важность, потому что каждый из вас занят только самим собой.
Мешок замолк, затем пробормотал:
- Я болтаю непозволительный вздор, когда разговариваю с этими тупицами. Но даже вздор может считаться информацией. Другие не понимают, что в больших делах прямота опасна. Они задают мне вопросы, требующие специальных ответов, а им следовало бы спросить о чем-нибудь общем.
- Вы не ответили мне.
- Это часть ответа - сказать, что вопрос важен. Ваши правители видят во мне ценную собственность. Им следовало бы спросить, так ли велика моя ценность, как это кажется. Им следовало бы спросить, что приносят мои ответы - пользу или вред.
- А что они приносят?
- Вред, огромный вред.
Зиблинг был поражён. Он сказал:
- Но если ваши ответы правдивы…
- Процесс достижения истины так же драгоценен, как и сама истина. Я лишил вас этого. Я даю вашим учёным истину, но не всю, ибо они не знают, как достигнуть её без моей помощи. Было бы лучше, если б они познавали её ценой многих ошибок.
- Я не согласен с вами.
- Учёный спрашивает меня, что происходит в живой клетке, и я говорю ему. Но если бы он исследовал клетку самостоятельно — пусть ценою затраты многих лет, он пришёл бы к финишу не только с этих: знанием, но и множеством других, со знанием вещей, о которых он сейчас даже не подозревает, а они тесно связаны с его наукой. Он получил бы много новых методов исследования.
- Но ведь в некоторых случаях знание полезно само по себе. Например, я слышал, что уже используется предложенный вами дешёвый процесс производства урана на Марсе. Что в этом вредного?
- А вам известно, сколько имеется необходимого сырья? Ваши учёные не продумали этого вопроса, они растранжирят все сырьё и слишком поздно поймут, что они наделали. У вас ведь уже было так на Земле. Вы узнали, каким образом можно дёшево перерабатывать воду; вы тратили воду безрассудно, и вскоре вам перестало её хватать.
- Что плохого в том, чтобы спасти жизнь умирающего пациента, как это делали некоторые врачи?
- Первый вопрос, который следовало бы задать, это - стоит ли спасать жизнь такого пациента.
- Но именно этого доктор не должен спрашивать. Он должен стараться спасти всех умирающих. Совершенно так же, как вы никогда не спрашиваете, в добро или зло обратят люди ваши знания. Вы просто отвечаете на их вопросы.
- Я отвечаю только потому, что мне всё равно, меня не интересует, как они используют то, что я скажу. Разве докторам тоже все равно?
Зиблинг сказал:
- Подразумевается, что вы отвечаете на вопросы, а не задаёте их. Кстати, почему вы вообще отвечаете?
- Некоторые представители человечества любят хвастаться, другие - делать так называемое добро, третьи — добывать деньги. То небольшое удовольствие, какое я могу ещё получать от жизни, состоит в том, чтобы давать информацию.
- А вы не могли бы находить удовольствие во лжи?
- Я так же не способен лгать, как ваши птицы не способны покинуть Землю на собственных крыльях.
- Ещё один вопрос. Почему вы потребовали, чтобы во время отдыха разговаривал с вами именно я? У нас есть блестящие учёные, великие люди всех сортов, из которых вы могли бы выбирать.
- Меня не интересуют великие представители вашей расы. Я избрал вас, потому что вы честны.
Он был прав - Зиблингу пришлось убедиться в этом довольно скоро.
В конце четырнадцатого месяца его службы, спустя полгода после провала Хорригана на перевыборах, появился клиент, заговоривший с Мешком на марсианском диалекте Прдл - экзотическом языке, известном весьма немногим. Он обратил на себя внимание Зиблинга ещё и потому, что заранее уплатил миллион за беспрецедентную привилегию говорить с Мешком десять минут подряд. Разговор был записан, но, естественно, остался непонятным ни Зиблингу, ни кому-либо другому из служащих станции. Замечательно было ещё и то, что незнакомец покинул астероид через семь минут, так и не использовав оставшиеся три минуты, которых было бы достаточно для получения сведений, как сколотить несколько небольших состояний. Эти три минуты не могли быть использованы другими частными клиентами. Но никому бы и в голову не пришло запретить использовать их правительственному служащему, и Зиблинг сейчас же заговорил с Мешком:
- Что спрашивал этот человек?
- Совета, как украсть меня.
Зиблинг был ошарашен.
- Что?
Мешок всегда воспринимал такие восклицания, выражающие изумление, буквально.
- Совета, как украсть меня, - повторил он.
- Тогда… позвольте… он отбыл тремя минутами раньше. Это должно означать, что он торопится начать. Он хочет начать проводить свой план немедленно!
- Он уже проводит его, - ответил Мешок. - Организация преступников отлично, если не досконально, осведомлена о диспозиции войск охраны. Вероятно, кто-то в правительстве оказался предателем. Меня спросили, какой из нескольких планов наилучший, и предложили рассмотреть их с точки зрения слабых мест. Так я и сделал.
- Хорошо, но как мы можем воспрепятствовать выполнению этого замысла?
- Воспрепятствовать ему нельзя.
- Не понимаю почему. Пусть мы не можем помешать им высадиться, но. мы можем помешать им удрать отсюда с вами.
- Есть только один путь. Вы должны уничтожить меня.
- Я не могу сделать этого! У меня нет на это нрава, а если бы и было — я все равно не смог бы!
- Моя гибель была бы благословением для человечества.
- И всё же я не могу, — горестно проговорил Зиблинг.
- Тогда - если это исключается - выхода нет. Они попросили меня проанализировать возможные шаги, которые будут предприняты для преследования, но они не спросили совета, как бежать, ибо это было бы тратой времени. Они успеют спросить, когда я буду у них в руках.
- Значит, - с трудом сказал Зиблинг, - я ничего не могу сделать, чтобы спасти вас. Как мне спасти своих людей?
- Вы можете спасти и их и себя, погрузившись в аварийный корабль и вылетев к Солнцу. Тогда вы избежите контакта с преступниками. Но меня с собой не берите, иначе за вами будет погоня.
Крики охраны привлекли внимание Зиблинга.
- Радио сообщает о нападении бандитов, мистер Зиблинг! Сигнализация тревоги не действует!
- Да, я знаю. Готовьте корабль, - Зиблинг снова повернулся к Мешку. - Мы можем бежать, но они захватят вас. И с вашей помощью будут управлять всей системой.
- Не в этом дело, - сказал Мешок.
- Они захватят вас. Можно сделать ещё что-нибудь?
- Уничтожьте меня.
- Не могу, - сказал Зиблинг, чуть не плача.
К нему нетерпеливо подбежали его люди, и он понял, что времени больше не осталось. Он пробормотал простую и глупую фразу: “До свидания!”, словно Мешок был человеком и мог переживать, как человек, и бросился к кораблю.
Они стартовали вовремя. Полдюжины кораблей неслись к астероиду с нескольких сторон, и корабль Зиблинга успел проскочить как раз за секунду до того, как они оцепили астероид, на котором находился Мешок.
Зиблинг понял, что он и его люди спасены. Дело переходило отныне в руки командования Вооружёнными силами, но Зиблинг представил себе, как они выступят против совершенного мозга Мешка, и сердце его сжалось. Но затем произошло нечто совершенно неожиданное. Впервые Зиблинг полностью уразумел, что хотя Мешок и позволил использовать себя, как простую машину, как раба, отвечающего на вопросы, однако это случилось вовсе не потому, что его возможности были ограничены лишь способностью анализировать. Экран телевизора вдруг осветился.
Связист подбежал к Зиблингу.
- Что-то случилось, мистер Зиблинг, - сказал он, - ведь телевизор не включён!
Телевизор не был включён. И тем не менее они увидели камеру, в которой Мешок провёл четырнадцать месяцев - краткое мгновение своей жизни. В камеру вошли двое - незнакомец, говоривший на Прдл, и сенатор Хорриган.
К изумлению обоих, первым заговорил Мешок. Он сказал:
- “До свидания” - не вопрос и не ответ. Это сообщение не содержит почти никаких сведений.
Хорриган явно благоговел перед Мешком, но был не из тех, кто отступает перед непонятным. Он почтительно произнёс:
- Нет, сэр. Разумеется, не содержит. Это просто выражение…
Незнакомец прервал его на превосходном английском языке:
- Заткнитесь, вы, болтун! Нечего терять время. Надо взять его и бежать. Мы поговорим с ним там.
Зиблинг успел обрушить не одно проклятие на голову Хорригана и пожалеть людей, которых бывший сенатор предал за то, что они не переизбрали его, когда на экране снова возникло изображение. Это была комната внутри пиратского корабля, покидающего астероид. Его никто не преследовал. По-видимому, планы похитителей плюс информация Мешка составили действенную комбинацию.
Сначала единственными людьми возле Мешка были Хорриган и незнакомец, говорящий на Прдл, но это продолжалось недолго. В помещение ввалилось ещё человек десять. Лица их казались угрюмыми и выражали недоверие. Один из них объявил:
- Не смейте разговаривать с Мешком, пока мы все не соберёмся около него. Мы все имеем на него право.
- Не нервничайте, Меррилл. Не думаете ли вы, что я собираюсь надуть вас?
- Да, я так думаю, - ответил Меррилл. - Что вы скажете, Мешок? Есть у меня основания не доверять ему?
Мешок ответил коротко:
- Да.
Незнакомец, говорящий на Прдл, побледнел. Меррилл холодно рассмеялся.
- Будьте осторожны, когда задаёте вопросы возле этой штуки.
Хорриган прокашлялся.
- У меня нет намерения, как вы говорите, надувать кого бы то ни было. Не такой я человек. Поэтому я буду говорить с ним, - он повернулся к Мешку. - Сэр, грозит ли нам опасность?
- Да.
- С какой стороны?
- Ни с какой. Изнутри корабля.
- Опасность немедленная?
- Да.
Тут выяснилось, что Меррилл обладает самой быстрой реакцией: именно он первый начал действовать в соответствии с намёками, содержавшимися в ответе. Он застрелил человека, говорившего на Прдл, прежде чем тот успел схватиться за оружие, а когда Хорриган бросился в ужасе к дверям, хладнокровно уложил и его.
- Вот так, - сказал он. - Есть ли ещё опасность внутри корабля?
- Есть.
- Кто? — зловеще спросил Меррилл.
- Опасность не исчезнет до тех пор, пока я буду с вами и на корабле останется больше одного человека. Я слишком большое сокровище для таких, как вы.
Зиблинг и его экипаж как заворожённые глядели на экран, ожидая, что бойня начнётся снова. Но Меррилл овладел собой.
Он сказал:
- Погодите, ребята: Я признаю, что мы - каждый из нас - хотели бы иметь эту штуку только для себя. Но это неосуществимо. Мы все вместе в этом деле, и будь я проклят, если очень скоро нам не придётся отбиваться от военных кораблей. Эй, Прадер! Почему ты здесь, а не у перископов?!
- Я слушаю, - сказал Прадер. - Если кто-нибудь вздумает разговаривать с этой штукой, то я хочу быть здесь и слышать ответы. А если есть ещё новые способы ударить из-за угла, то я хочу узнать и про них.
Меррилл выругался. В тот же момент корабль качнуло, и он заорал:
- Мы сошли с курса! По местам, идиоты! Живее!
Все кинулись вон, но Зиблинг заметил, что Меррилл был не настолько озабочен общей опасностью, чтобы не выстрелить Прадеру в спину, прежде чем несчастный успел выскочить.
- Теперь им конец, - сказал Зиблинг. - Они перебьют друг друга, а оставшиеся двое или трое погибнут потоку, что их будет слишком мало, чтобы управлять таким кораблём. Должно быть, Мешок предвидел и это. Странно только, почему он не предупредил меня.
Мешок заговорил, хотя в помещении никого не было.
- Меня никто не спрашивал, - сказал он.
Зиблинг взволнованно закричал:
- Вы слышите меня! Но что будет с вами?! Вы тоже погибнете?
- Нет ещё. Мне захотелось пожить дольше, - он помолчал и затем чуть тише добавил: - Я не люблю выражений, не содержащих сведений, но я должен сказать. Прощайте.
Послышались крики, стрельба. Затем экран внезапно потускнел и погас.
Мешок, существо, на вид столь чуждое человеческим эмоциям, навсегда ушло за пределы знания Зиблинга. Вместе с Мешком - как он сам и предсказывал - исчезла ужасная угроза всему человечеству.
Как странно, думал Зиблинг, я чувствую себя таким несчастным при таком счастливом конце.
Вернуться к началу Перейти вниз
Ирина1



Сообщения : 1999
Дата регистрации : 2009-12-12
Возраст : 63
Откуда : Тюмень

Фантастика. Empty
СообщениеТема: Re: Фантастика.   Фантастика. EmptyВс Май 16, 2010 3:22 am

Chudotvorets пишет:
Не встречал. Поиск, на скорую руку - тоже безрезультатен. Зато, вот это, мимоходом, прочёл:

Уильям Моррисон
Мешок

* * *
Спасибо, я на Фэнзине его только "Вести ниоткуда" читала.
Вернуться к началу Перейти вниз
Спонсируемый контент




Фантастика. Empty
СообщениеТема: Re: Фантастика.   Фантастика. Empty

Вернуться к началу Перейти вниз
 
Фантастика.
Вернуться к началу 
Страница 1 из 1

Права доступа к этому форуму:Вы не можете отвечать на сообщения
Союз :: Я и мир :: Книжная полка-
Перейти: